«Белый танец» с криминальным оттенком

24.03.2020 в 15:47, просмотров: 18919

12 октября 2019-го на улице Ленина в Элисте внедорожник Мерседес Бенц с пьяной компанией в салоне буквально раздавил ВАЗ-2109, водитель и пассажир которого погибли.

«Белый танец» с криминальным оттенком

Прошлый год в Калмыкии, согласитесь, стал на редкость «богатым» на резонансные криминальные происшествия, и дело «сына известного в республике адвоката» – из того же разряда.

Напомним, 12 октября 2019-го на улице Ленина в Элисте внедорожник Мерседес Бенц с пьяной компанией в салоне буквально раздавил ВАЗ-2109, водитель и пассажир которого погибли.

Следствие сразу принялось утверждать, что за рулем иномарки, принадлежащей элистинскому адвокату Николаю Кирипову (как впоследствии оказалось, сыну председателя Калмыцкой адвокатской палаты Нины Кириповой), сидел не он, а его приятель Давид Баринов. Хотя последний признался сразу, что был не совсем трезв и спал в салоне, а проснулся во время сильного удара. Кроме них двоих, в машине находились еще два молодых человека – Замир Пашнанов и Эрдни Шанкаев.

С момента аварии и до сегодняшнего дня Баринов не устает себя грызть, что тогда смалодушничал, совершил глупость и сбежал с места происшествия, поскольку испугался за свою карьеру. Он к тому времени целых девять лет проработал в городской полиции, а Кодекс профессиональной этики сотрудника органов внутренних дел РФ, как известно, состоит из целых 28-ми статей, и нарушение даже одной из них дискредитирует звание стража порядка и может грозить увольнением.

Исчезнув с места аварии и узнав, что его ищут, Баринов сам отправился в Следственное управление РК. И как оказалось, там его без защитника, даже зависимого, допрашивали до утра, и ссылка на 51-ю статью Конституции РФ, указывающую на право не быть принуждаемым к даче показаний против самого себя или к признанию себя виновным, не помогла. Выручил лишь звонок приглашенного из соседнего региона адвоката, который позвонил ночью в дежурную часть Следственного комитета России и заявил о противоправных действиях их калмыцких коллег.

Сейчас Давид, которого арестовали и целых пять месяцев держат в камере, уже хорошо знает цену чужой лжи и предательства. А ведь до последнего верил в искренность человеческих отношений и настоящую дружбу. Хотя с Кириповым особо и не дружил, а так – скорей, тесно общался, все же он очень гордился, что у него много приятелей.

Баринов, по словам его близких друзей, был единственным сыном у одинокой мамы, но, на удивление, не стал капризным и избалованным парнем, а вырос добрым и человечным, всегда готовым прийти на помощь. Но в ту злополучную рань, сейчас кается, мгновенно отрезвев после аварии, в состоянии шока рванул из машины.

В это время, говорит его мать Светлана Басанговна, владелец автомобиля мгновенно оценил обстановку и взял ситуацию под контроль. В итоге он и его окружение из четырех(!) приглашенных адвокатов, двух пассажиров-свидетелей и полчища правоохранителей в унисон принялись утверждать, что за рулем Мерседеса сидел именно Баринов.

Версию «подтвердили» и показания Кирипова, Пашнанова и Шанкаева на полиграфе, которые также были приобщены(?) к делу. Хотя, как выяснила защита Давида, на запрос Следкома РФ Министерство юстиции России в 2007 году ответило, что «полиграф не является научно обоснованным средством, не может быть доказательной базой и применяться в судах». То же подтвердил и Верховный суд РФ.

Уголовное дело тут же стало резонансным, поскольку общественность не поверила в невиновность Кирипова. Город и даже республика маленькие, многим «сынок» был известен как сноб и мажор, а тут еще оказалось, что он ранее неоднократно привлекался к административной ответственности за управление в нетрезвом виде с лишением прав и арестом. Люди даже называли цифру – девять раз(!) был за рулем пьяным, что не мешало ему и далее лихачить на дорогах подшофе. Как узнал адвокат Баринова, в 2017 году три постановления мировых судей в отношении Кирипова отменялись в Верховном суде РК, что, наверное, дополнительно взрастило в молодом человеке чувство вседозволенности и безграничной свободы.

Не без греха оказались и Пашнанов с Шанкаевым. Оба ранее были судимы также по ст. 264.1 УК РФ за управление в нетрезвом виде в тот период, когда оба уже были лишены водительских прав за пьяную езду.

У подозреваемого в преступлении Давида Баринова, его адвоката и родственников к следствию накопилось очень много вопросов. Например, почему предъявленное обвинение основано лишь на показаниях вышеназванной троицы?

Отчего эксперты установили, что разлетевшиеся по салону полимерные волокна от взорвавшихся и лопнувших в салоне подушек безопасности были найдены только на одежде Баринова, а футболка, джемпер и водолазка трех свидетелей, как и их джинсы, остались девственно чистыми, как будто Давид находился в машине один?  Данный анализ, по мнению адвоката подозреваемого, сразу наводит на мысль о фальсификации экспертизы.

Далее, почему парни с самого начала постоянно путались в показаниях? Кирипов уверял, что сидел сзади слева, а Пашнанов – рядом. Но Пашнанов говорил обратное: это он был позади водительского кресла, а Кирипов – от него справа. Шанкаев же 14-го октября твердил: все было ровно наоборот – Николай спал слева, Замир сидел справа. Спустя девять дней он «поменял» их местами, а Пашнанов, даже пройдя полиграф, на очной ставке не подтвердил нахождение Баринова за рулем.

Запротоколированы странные расхождения и в описании одежды Николая и Давида. Как известно из дела, первый был одет в синие джинсы и зеленую футболку, а последний – в классический синий костюм и голубую рубашку, что подтвердил и Кирипов, и многочисленные гости свадьбы, откуда те уехали еще до посещения клуба и той аварии.

Но свидетель Эрдни говорил, что на Николае он видел светлую куртку до колен, а на Давиде – уже куртку длинную темно-зеленую. В то же время свидетель Замир утверждал: Кирипов был в темном, а Баринов – в черных штанах и куртке темного цвета. Шанкаев вообще запутался в показаниях: сначала произнес, что это Пашнанов встретил в ночном клубе своего знакомого Баринова. Затем рассказал, будто они вместе с Замиром вышли из клуба, а тут к нему (!) подошел Баринов и произнес гагаринское: «Поехали!», и эти двое, как на веревочке, послушно пошли и сели в неведомую им машину. Пашнанов же божился, что, когда он вышел из клуба, Шанкаев уже разговаривал с Бариновым и Кириповым и позвал его в чужой Мерседес.

Затем все тот же Эрдни на допросе называл Кирипова то «не знакомым ему парнем», то именовал его уже «Колей». Словом, как говорят сведущие в этом уголовном деле люди, ребята переобувались уже на ходу, наспех.

Много неувязок и с уликами. О взорвавшейся подушке мы уже говорили. Далее экспертиза определила, что у Баринова не выявлено повреждений, характерных для водителя автотранспорта, в то время как молекулярно-генетический анализ обнаружил его кровь на месте разбитого лобового стекла.

Также эксперты уверенно установили: черные волокна на спинке нижней части водительского сидения, а также на подушках безопасности с руля и из-под руля принадлежат исключительно Баринову, но он, как сказано выше, был в костюме синего цвета. В то же время, как оказалось, темно-синие хлопковые волокна с водительского сидения автомобиля, как и переднего пассажирского сидения, сошли от тканей брюк Николая, Эрдни и Замира, а о Давиде речи тут нет.

Удивительны и другие «пассажи». Например, сообщивший о ДТП первый свидетель аварии рассказал правоохранителям, что когда подошел к машине, то увидел, что ее двери настежь открыты, а между передним и задним креслами лежал на полу парень, то есть Кирипов.

Второй же свидетель – охранник с соседней с местом аварии автозаправки, признался: он приблизился к иномарке, открыл заднюю дверь с водительской стороны и обнаружил юношу, лежащего «в направлении головой в сторону переднего пассажирского сидения, ноги – на полу».

Тут же прибывшие инспекторы ДПС уже зафиксировали Николая сидящим сзади. А он сам на допросе 14 января т.г. признался: «После ДТП у меня была разбита бровь и шла кровь. Я садился на переднее пассажирское сидение после ДТП, так как искал документы. На солнцезащитном козырьке переднего пассажира моя кровь могла остаться, когда я поправлял вымазанной в кровь рукой козырек». Экспертиза действительно обнаружила там следы крови хозяина авто, как и на руле – его пот.

У адвоката подозреваемого Баринова осталось еще много вопросов, на которые следствие не может или не хочет дать ответы. В их числе следующее: почему исследование наслоений полимерного материала на лацкане левой полочки его пиджака и лицевой стороны галстука установило их однородность по молекулярному составу с волокнами тканей и ниток подушек безопасности руля и переднего пассажирского кресла машины? Адвокат считает, что эти признаки – общие, ведь наслоения могли быть образованы и от любого другого изделия на основе полиамида, тем более, таких слоев на одежде Давида не обнаружено. Зато на ней нашлись резаные и термические повреждения от 17-ти до 28 сантиметров, которые подушка безопасности оставить не могла априори.

Судебно-биологическую, молекулярно-генетическую и даже полимерную экспертизы провести удосужились, а скорость автомобиля во время аварии определить не сумели. Как и дознаться у судмедэкспертов, кто и где в момент аварии в салоне сидел. И не озаботились провести радиотехническое исследование и сделать качественный видеоосмотр ДТП, который на диске неразличим.

Кстати, адвокат заявил ходатайство о проведении комплексной медико-физико-математической экспертизы в Астраханском бюро СМЭ для определения в салоне местоположения Баринова, Кирипова, Шанкаева и Пашнанова по компьютерному воспроизведению их посадки в автомобиль в 3-D проекции, чтобы узнать, о какие части машины они могли удариться и как получили свои ссадины. Но следствие защите в том отказало...

Потом в уголовном деле вообще началась чехарда. Во-первых, ни один адвокат из республики не осмелился защищать Баринова. То ли установка такая им поступила, то ли побоялись огорчить или прогневить начальство. И пришлось тогда родственникам искать защитника в другом регионе.

Во-вторых, по словам дяди подозреваемого, Давид признался: во время допроса прямо в кабинете Следственного управления он испытал давление со стороны матушки главного свидетеля  Кирипова. Дескать, она прямо попросила его «взять всю вину на себя, естественно, не бескорыстно». А когда во время судебного заседания адвокат прямо задал вопрос следователю: как такое вообще могло случиться, то не получил от того внятного ответа.

Далее следствие вдруг по какой-то непонятной причине стало чинить Бариновым всевозможные, мягко говоря, препятствия. Сначала арестовали автомобиль, принадлежащий матери подозреваемого. Транспорт, как и Давид, вот уже несколько месяцев находится под арестом, и следователь тянет время с его возвращением законной владелице.

Кстати, в недавнем сообщении прокуратуры РК для СМИ вообще было сказано: для возмещения ущерба правоохранители наложили арест на принадлежащую обвиняемому Ладу Приору, что, как утверждает Светлана Басанговна, является действием противоправным, поскольку машина оформлена на нее, и это следкомовцам очень хорошо известно. Как и то, что женщина не причастна к совершению преступления, да и автомобиль не являлся его орудием. Но для чего же тогда было валять ваньку – на этот и многие другие вопросы, возможно, дадут свои ответы высокие чины из Москвы?

Зато следствие не приняло во внимание ходатайство друзей Давида, дожидавшихся его той ночью у здания Следственного управления. Ребята хотели рассказать, что встретили Кирипова, который, узнав, что Баринов отправился давать показания, вдруг произнес: «Не надо было этого делать! Зачем он туда пошел? Мы бы и так все замяли».

Конечно, можно все это списать на отчаянное желание ребят помочь попавшему в беду Баринову, но все-таки стражи порядка могли выслушать и противоположную сторону, не все же вести следствие с оглядкой на всемогущую «палату».

По сей день семья Бариновых, в частности, мама подозреваемого испытывает какое-то необъяснимое давление (или запугивание?) извне. Так, Светлана Басанговна сообщила прокурору Элисты Ногину об укрытом от учета в городском УМВД преступлении.

31-го декабря 2019 года она обратилась в полицию Элисты с заявлением, что тремя днями ранее некое неизвестное лицо сообщило в дежурную часть ложные сведения о происшествии в ее квартире: якобы, она затапливает нижних соседей. На тот момент хозяйки в доме не было, но, к чести их участкового уполномоченного, он не поддался на чью-то провокацию и не предпринял экстренных мер к вскрытию жилища Бариновых, а методично обошел их подъезд с целью узнать, так ли это на самом деле?

Выяснилось, что порывов и протечек ни в доме, ни даже в микрорайоне в тот день не было. Впоследствии мама Давида, по ее словам, узнала, что тем «шутником» оказался конкретный сотрудник оперативно-розыскной части собственной безопасности МВД по РК, который, предполагает она, хотел незаконно проникнуть в ее квартиру и совершить там некое противоправное действие, в том числе, возможно, и провокацию.

Свое заявление о проверке инцидента Баринова, повторимся, подала в УМВД по г. Элиста 31-го декабря, но ей пришел ответ от замначальника городской полиции Дукманова: дескать, еще 30-го числа материал по ее случаю, зарегистрированный 28-го, списан в номенклатурное дело, то есть в архив.

Кстати, Светлана Басанговна указала, что расценивает тот инцидент как заведомо ложный донос, покушение на незаконное проникновение в принадлежащее ей жилище против ее воли и согласия и превышение сотрудником полиции должностных полномочий. Но ни Дукманов, ни зампрокурора города Бугдаев нарушений закона и оснований для мер реагирования в том не увидели…

Как было известно еще в прошлом октябре, дочь погибшей в аварии Александра Лиджиева практически с самого начала была уверена, что виновником ДТП является именно сын адвоката. Не случайно она обратилась к руководителю регионального Следственного управления с целым рядом вопросов, касавшихся деталей расследования.

Например, ей было не понятно, почему Николай Кирипов, против которого Давид Баринов дал первоначальные показания, находится в статусе свидетеля, а не подозреваемого? Почему разъезжавший в течение нескольких часов по городу, в том числе по главной улице, автомобиль с пьяной компанией и пьяным водителем за рулем не был задержан патрулем ДПС? Почему следствие слепо верит показаниям полиграфа? Почему, как оказалось, видеокамеры напротив места аварии то ли бездействовали, то ли нечетко записали момент трагедии, а следствие на их "записи" опирается?  Почему участники ДТП не оказали помощь ее матери и пассажиру, чьи жизни еще можно было спасти, а вместо этого обсуждали на месте происшествия свои дальнейшие планы? Почему мать Кирипова, являясь заинтересованным лицом, не прекращалаработать в должности председателя республиканской адвокатской палаты, а подозреваемый Баринов тем временем был вынужден, по словам Лиджиевой, прибегнуть к помощи адвоката из соседнего региона?

К чести Кириповых, уточним: они принесли соболезнование Лиджиевым и даже, по словам элистинцев, оплатили им похороны погибшего члена семьи.

Во время той пресс-конференции по горячим следам и.о. руководителя Следственного управления пояснял: он еще 15-го октября направил в органы внутренних дел информацию с требованием провести служебную проверку по факту отсутствия в ту ночь в Элисте патрулей ДПС. Виновных лиц, обещал Анатолий Надбитов, всенепременно накажут. А действиям всех участников ДТП, как и родственников Кирипова, будет дана соответствующая правовая оценка.

С тех пор утекло много воды, но ни одного заявления на эту тему так и не прозвучало. Там же, на встрече с журналистами, и.о. главы ведомства утверждал: показания Баринова следствие расценивает как способ защиты от обвинения, ведь иными доказательствами его свидетельства не подкреплены. Зато его причастность к преступлению, мол, подтверждается не только полиграфом, но и записями камер, показаниями свидетелей и очевидцев, данными экспертиз. Но так ли это на самом деле – читайте выше.

Остается лишь удивляться, чем же все-таки объяснить абсолютно «консолидированную» позицию следствия с местными адвокатами? Ведь по своей профессиональной природе они должны быть антагонистами и конкурирующими сторонами в судебном процессе...


|