«Дело Батырева» требует доследования и дополнительного разбирательства

В этом деле для нас многие вопросы так и остались пока без ответов

21 октября 2017 в 13:49, просмотров: 1898

В четверг, 26 октября, состоится Верховный суд по делу о смерти Дмитрия Батырева, который был убит в стенах ИК-1 Калмыкии. Суд первой инстанции вынес обвинительный приговор подсудимым. Апелляцию подали несколько осужденных. При этом один из них утверждает , что он не избивал и соответственно не убивал Батырева, видео, которое могло бы это доказать - удалено. 

 «Дело Батырева»  требует доследования и дополнительного разбирательства

Многие ещё не забыли череду слухов и пересудов об обстоятельствах смерти заключенного ИК-1 Дмитрия Батырева 20 ноября 2015 года.

В отношении смертельного происшествия у большинства людей выработалось довольно однозначное мнение: есть только убийцы и жертва. Но, как оказалось, не всё так просто. Внимательно изучив все материалы, которые находятся в открытом доступе, уточнив кое-что у знающих и хорошо информированных людей, это дело стало выглядит уже не так очевидно, как это предлагается для восприятия широкой публике.

Попытаемся разобраться и быть предельно объективным. Но сразу предупредим, что несмотря на то, что суд первой инстанции вынес приговор, в этом деле для нас многие вопросы так и остались пока без ответов.

Приговор

Этим летом, 12 июля, судья Элистинского горсуда Фурманов И.В., выслушав стороны обвинения и защиты, закончил рассмотрение обстоятельств дела и вынес свой вердикт – обвинительный приговор подсудимым по эпизоду с применением физического насилия с использованием спецсредств в отношении заключенных в 2012 г. и по поводу смерти заключенного Дмитрия Батырева в 2015 г. В деле было семеро подсудимых, из них один обвинен по обоим эпизодам, двое – только по делу об избиении заключенных в 2012 г., четверо – только по делу о смерти Батырева в 2015 г.

Итак, суд признал виновным в убийстве дежурного помощника начальника колонии, подполковника внутренней службы Казбека Исраилова и приговорил к 11 годам лишения свободы в колонии строгого режима. Такое же наказание получил старший уполномоченный ИК-1 Церен Насунов, которому были предъявлены обвинения по двум эпизодам – из 11 лет 1,5 года ему присудили за эпизод 2012 г. К лишению свободы в колонии строгого режима, но сроком на семь лет, приговорен младший инспектор ИК-1 Александр Шуваев. Замначальника колонии Баатр Дорджиев и врач медсанчасти Константин Убушаев получили по 3 года лишения свободы в колонии-поселении. По приговору суда, к заместителю начальника отдела спецназа УФСИН РК и инспектору ИК-1, обвиняемым по эпизоду 2012 г., была применена статья 64 УК РФ «Назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление». Суд приговорил их к одному году и полутора годам лишения свободы соответственно.

Вина некоторых подзащитных, по мнению их адвокатов, ничем не подтверждается

Все подсудимые настаивали на своей невиновности, а их защита обоснованно указала суду на слабую доказательную базу. Вина некоторых подзащитных, по мнению их адвокатов, ничем не подтверждается.

При этом адвокаты и родственники подсудимых уверены, что следствие установило не всех причастных к убийству. Они считают, как минимум, ещё двое сотрудников должны быть привлечены к ответственности, а ещё один или двое понесут ответственность, вопреки мнению судей, за несовершенные действия. Кроме того, у родственников осужденных есть предположение, что эпизод об избиении заключенных в 2012 г. именно к этому делу добавили исключительно из тактических соображений – для того, чтобы усилить обвинительную сторону приговора в отношении обвиняемых по делу об убийстве Д.Батырева, так как доказательной базы у обвинения не хватало. Почему? Об этом ниже.

Первое, что бросилось в глаза, это участие и странная роль в инциденте врачей ИК-1. Это потом мне объяснили, что тюремные врачи – это люди в погонах, у которых, возможно, на первом месте дисциплина и подчинение командам начальства, на втором-третьем – солидарность со своими сослуживцами, личные интересы и т.д. Если говорить о гуманности, врачебном долге, человечности, правах человека на здоровье и жизнь, то всё это у некоторых представителей профессии может находиться где-то на четвёртом или пятом месте.

Из опубликованных в СМИ показаний работников ИК-1 и врача-психиатра медико-санитарной части МВД по РК Наталья Божреевой видно, что врач, начальник туберкулёзной больницы ИК-1 подполковник внутренней службы Николай Анатольевич Баклашов не оказал и не собирался оказывать никакой помощи заключённому Батыреву ни в процессе зверского избиения, ни после него. Врач-психиатр Божреева, не терапевт и не травматолог (!), была приглашена в ИК-1 им в качестве «внешнего консультанта» для того, чтобы она оценила «неадекватное поведение» осужденного, который на тот момент уже был при смерти. По её словам, Баклашов пояснил, что надо проверить на адекватность поведение осужденного. То есть человек был уже при смерти, а врач ИК-1 приглашает психиатра для психиатрической экспертизы! Каково? Из материала ИА «Кавказский узел»: «Когда я увидела осужденного на полу, я поинтересовалась у сотрудников, почему он лежит, и попросила его поднять… Лицо было в ссадинах и кровоподтеках. Я уже на эмоциях спросила: "Вы что, били его"? Кажется, оперативник ответил: "Нет, он сам падал и ударялся лицом".» Никто из присутствовавших не пытался помочь заключенному. «Он все время постанывал… стал ерзать на стуле, сползать на пол, чтобы опять лечь на пол. Я попросила Баклашова пропальпировать живот осужденному. Тот поднял робу, начал ощупывать брюшную полость, комментируя: "Живот нормальный, мягкий". Тогда я поинтересовалась у Батырева, где болит. Он руками указал на верхнюю часть живота… Я сказала, что осужденного нужно перевести в стационар… Я не невролог. Если вы говорите, что человек падал, бился головой, возможно, у него сотрясение, черепно-мозговая травма. Раз он жалуется на живот, наверное, хирург должен установить причину болей. Это не по моей специальности. Вы меня пригласили как психиатра. Я не увидела неадекватного поведения. Но вижу, что человек нуждается в медицинской помощи"» – объясняла Божреева на суде, поясняя, что не верила в версию сотрудников о том, что Батырев сам упал, также отметив, что при падении с высоты человеческого роста нельзя получить такие повреждения. «Да и с чего бы здоровому человеку падать? Подспудно я понимала, что применялась сила. И сделала вывод, что сотрудники хотели, чтобы я установила, притворяется ли осужденный… В больнице ИК-1, продолжила свидетель, она слышала, как Баклашов по телефону говорил, что "психиатр настаивает на переводе в стационар" Батырева. "По-моему, он разговаривал с замначальника колонии (одним из подсудимых)"... Потом Баклашову то ли позвонили, то ли сказали, что осужденному стало плохо. Он закрыл меня на ключ в ординаторской и вместе с врачом ИК-1 Алексеевым побежал в кабинет оперативника. Не помню, сколько я его прождала. А когда он вернулся и повел меня на выход из колонии, сказал, что осужденный умер".»

Что же это за люди – врачи ИК-1, что за человек начальник туберкулёзной больницы ИК-1, который говорил, в процессе и после избиения, что смертельно избитый человек притворяется и симулирует. Почему такого «врача» вывели из числа обвиняемых?

Кто же на самом деле убил Дмитрия Батырева?

   Основным исполнителем незаконного и жестокого избиения Батырева, чьи руки были к тому же скованы за спиной наручниками, по мнению нескольких очевидцев, являлся дежурный помощник начальника колонии Казбек Исраилов. Ещё на улице он схватил только что доставленного в ИК-1 заключённого не крепкого телосложения Батырева в грубой форме за шиворот и буквально забросил того в помещение, в котором сразу же началось избиение. Свидетели говорят, что он это делал не только дубинкой, но и руками и ногами. Например, падавшего на землю и пол Батырева Исраилов зверски бил ногами в голову. Представляете, какой силы удары были у этого большого и физически очень сильного человека? Практически каждый его удар мог быть смертельным для его жертвы.

Во время судебного процесса защита Казбека Исраилова выставляла его невменяемым. Но на то, что это симуляция, указали специалисты ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В.П. Сербского» Минздрава России.

Казбек Исраилов пытался выгородить себя и обвинить в собственных противоправных и насильственных действиях других, так сказать, перенести свою вину на других людей. Исходя из показаний нескольких человек, что он лично и со всей своей душой избивал заключенного, а также симулирует умопомрачение, чтобы избежать полной ответственности за свои действия, его показания представляются крайне сомнительными.      Но почему-то суд активно и целенаправленно использовал показания дежурного помощника начальника колонии Исраилова К.М. при определении участников и вынесении обвинительного приговора. Получается, что суд обвинил и приговорил в тех же преступных действиях, что и К. Исраилова, других – тех, кто находился при избиении, но непосредственно не участвовал в нём. Это и понятно, ведь, чем больше обвинит людей следствие и суд, тем конкретным должностным лицам будет лучше. И неважно, в адрес кого прозвучит обвинение или приговор – действительно виновных или невиновных.

Что касается объективных источников информации, то их должно было быть два – видеокамера-регистратор на груди Казбека Исраилова и видеозапись стационарного видеорегистратора из смотровой комнаты.

Нагрудный регистратор Казбека Исраилова был уничтожен. Люди говорят, что он выглядел так, как будто его намеренно били молотом с целью уничтожения любых свидетельств и улик того, что происходило в тот день вокруг Казбека Исраилова и делалось именно им. Судя по всему, его разрушал сам Исраилов. Возможно, что ему в этом кто-то помог.

Видеозапись стационарного видеорегистратора из смотровой комнаты от 20 ноября 2015 г. тоже кто-то намеренно уничтожил. Кто? Ответим ниже.

Что случилось с видео, которое могло пролить свет на преступление?

Ответствен за данную аппаратуру, техник по связи ИК-1 Роман Мурченко. Когда следственные органы изъяли видеорегистратор, выяснилось, что жёсткий диск форматировался в тот день дважды, т.е. запись пытались полностью стирать аж два раза! Проделывал это, т.е. уничтожал записи с жёсткого диска, тот кто имел к ней доступ, возможно этим человеком был Роман Мурченко. Сделал это он, скорее всего, по прямому приказу своего начальства. Мы можем подозревать в этом руководство колонии, т.к. вряд ли Мурченко мог это сделать самостоятельно или по указаниям нижестоящих офицеров. Мурченко не мог не знать о происшедшем, т.е. о смерти заключённого. Скорее всего, на тот момент он знал об основных обстоятельствах преступления. Тем не менее, он пошёл на служебное преступления, исполняя преступный приказ. Хотя я могу предположить, что техник Р. Мурченко мог сохранить запись на внешнем носителе (CD, DVD, флэшка). Кстати, есть свидетели, которым Мурченко сам признавался в том, как он форматировал диск, стирая всю информацию, и они готовы подтвердить это на суде, если суд решит вызвать их для дачи свидетельских показаний.

Позже специалисты из контрольно-криминалистического управления Главного следственного управления СК РФ по СКО в г. Ессентуки восстановили записи на диске. Но зафиксированная на видео-носителе правда дошла до официальных материалов следствия и суда не полностью. Или судом и следствием по каким-то причинам рассматривались не все восстановленные файлы. Во всяком случае, в деле почему-то нет тех файлов с видео, на котором зафиксировано то, что происходило во время избиения заключенного в тот день примерно с 10 до 11 дня. Если бы они были приобщены к суду, то не нужно было бы гадать и полагаться на показания человека, доверять которому нет оснований.

Возможен ли межведомственный сговор?

В судебном процессе могло быть ещё одно свидетельство тех событий. 21 ноября. Как рассказала сторона защиты одного из осужденных, на следующий день после убийства, начальник УФСИН России по Республике Калмыкия Сизухин М.Н. вызывал к себе начальника ФКУ ИК-1 Наминова С.С. и иных должностных лиц ИК-1 – Исраилова, Насунова, Мочерлаева, Шуваева и др. Все они написали объяснительные с описанием того, как всё происходило. Это было первое свидетельство происшедшего, зафиксированное на бумаге. И скорее всего, они могли быть более-менее правдивыми. Но следствие и суд проигнорировали эти документы.

Не понятно, почему до сих пор 2 конвойных – или свидетелей, или прямых участников избиения – на свободе? Не понятна судьба и некоторых других сотрудников ИК-1, ставших свидетелями преступления, но не сделавших ничего, чтобы пресечь его и спасти жизнь человеку.

Ужасное событие в Федеральном казенном учреждении «Исправительная колония №1» Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Калмыкия стало следствием безответственного поведения и поступков обеих сторон этого громкого дела – явным примером того, что некоторые люди совершенно не задумываются или не в состоянии поразмыслить и понять, какими могут быть последствия тех или иных действий.

Но все же, как думаете, возможно ли в этом деле усмотреть ещё и межведомственный заговор молчания и подгонки данных для нужного приговора?

Кто довел свидетельницу «против» Батырева до смерти?

  В результате происшедшего немало пострадавших. Убит Дмитрий Батырев. Среди пострадавших не только его родные и близкие, которые потеряли родного человека. Это Бурханали Сафаралиев, который был побит погибшим Батыревым. Есть сведения, что в результате психологического и физического воздействия погибла продавщица магазина, в котором Батырев учинил конфликт с Б.Сафаралиевым. Представители одной из городских группировок принуждали её дать «правильные» показания. Она отказалась. В результате последующих событий она умерла.

      При этом виновны в неправедных действиях почти все непосредственные участники многосерийного конфликта. Убитый Дмитрий Батырев, избивший пожилого мужчину. Бурханали Сафаралиев, ставший косвенно виновником смерти человека, как рассказывают люди, бывший приятелем Казбека Исраилова и высокопоставленным сотрудником УФСИН. Это работники ИК-1, привыкшие к насилию по отношению к заключённым и безропотно выполняющие свои обязанности и функции, которые нередко выходят за пределы законных рамок, которые всегда промолчат, даже если становятся свидетелями бесчинств, которые творятся за воротами исправительных учреждений.

Дело требует доследования и дополнительного разбирательства

      В этом деле с очень большой долей вероятности есть и лица, работники ИК-1, ложно обвинённые и приговорённые к наказанию в угоду амбициям работников следственных органов и суда, а также члены их семей. Такие заслуживают переквалификации их участия и пересмотра приговора.

Выиграли в результате произошедшего немногие – отдельные должностные лица системы УФСИН, которые вышли «сухими из воды», работники следственных органов, получившие за недостаточно недобросовестное расследование преступления должностные поощрения и повышения по службе. Стало известно, что после расследования этого дела старший следователь следственного отдела по г. Элисте СУ СК РФ по Республике Калмыкия Виталий Валериевич Беспалов получил повышение – был назначен начальником следственного отдела по городу Элисте СУ СК РФ по РК.

Не будем акцентировать внимание на возможном «заказном» характере избиения, потому что это лишь дополнительный стришок на мрачных стенах бесчеловечной системы «исправления и наказания» в России.

Было бы интересным и полезным и для суда, и для общества:

1. Узнать, было ли проведено в УФСИН служебное расследование (служебная проверка) действий должностных лиц в рамках дисциплинарного производства по факту убийства Батырева на предмет дисциплинарных проступков или невыполнения ими функциональных обязанностей или даже уголовного преступления, и если это было, то получить их результаты для суда.

2. Понесли ли за убийство Батырева ведомственные дисциплинарные наказания руководящий состав УФСИН России по РК - Сизухин М.Н., начальник ФКУ ИК-1 Наминов С.С., заместитель по безопасности режима ИК-1 Дорджиев Б.Н., начальник Туберкулезной больницы №2 ФКУ здравоохранения «Медико-санитарная часть №30 ФСИН» Баклашов Н.А., бывший начальник оперативной части ИК-1 Миньков О.А., техник по связи ИК-1 Р. Мурченко и другие.

Окончательный вердикт суда должен быть выверенным и максимально объективным. На наш взгляд, дело требует доследования и дополнительного разбирательства. Необходимо возвращать рассмотрение дела в суд первой инстанции. Истина и справедливость должны восторжествовать – они нужна родным и близким обеих сторон и всем жителям Калмыкии, потому что в подобной ситуации может оказаться каждый!




Партнеры